НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    ССЫЛКИ    О САЙТЕ

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Изучение лекарственных средств тибетской медицины

Лекарственные средства тибетской медицины в основном изучали русские, советские ученые, поскольку они имели возможность получить богатый опросный материал у лам-лекарей Забайкалья, где в дореволюционное время тибетская медицина была широко распространена среди бурятского населения.

Медикаменты из тибетской аптечки впервые описаны русским врачом И. Реманном [Rehmaim, 1811], который был участником экспедиции графа Головкина в Китай [Гаммерман, 1966; Гаммерман, Семичов, 1963].

Сведения о тибетской медицине, список тибетского лекарственного сырья и болезней имеются в работе В. Пти-цыпа [1890]. Она носит этнографический характер и основана на материалах, полученных у лам-лекарей. Объекты в собранной В. Птицыным коллекции в основном остались не расшифрованными, а привезенная в Санкт-Петербург коллекция - утеряна [Гаммерман, 1966].

В 1892 г. врач Н. В. Кирилов, находясь по долгу службы среди бурятского и монгольского населения, заинтересовался практикой лам-лекарей, сам изучал тибетскую медицинскую литературу, проверяя достоверность переводов трактатов, сделанных разными ламами путем перекрестного опроса знатоков, наблюдал сбор сырья и коллекционировал собираемые ими растения.

Он заметил, что ламы нередко используют сырье не будучи уверенными в его подлинности. Поскольку удаляться за пределы прихода для сбора сырья ламам запрещалось, они нередко не знали, где растет то или другое растение, и были вынуждены покупать большую часть сырья в китайских аптеках, где им, не стесняясь, выдавали подделку [Кирилов, 1892].

Собранная Н. В. Кириловым коллекция - семьдесят образцов лекарственного сырья - хранится в Музее Антропологии и Этнографии (г. Ленинград) и в свое время была определена А. Ф. Гаммерман [1966].

Оценивая значение тибетской медицины, Н. В. Кирилов [1892] пришел к выводу, что, хотя теоретические познания бурятских лам зачастую и ограничены, их практический опыт нуждается в экспериментальной проверке.

Обзор имеющихся к тому времени европейских работ по тибетской медицине дан Г. Лауфером [Laufer, 1900]. Во второй части работы приведены некоторые сведения по фармакологии и список средств животного, минерального и растительного происхождения, составленный на основе определений, опубликованных И. Реманном [Reh-mann, 1811] и В. Птицыным [1890].

Сведения о лекарственных растениях, коллекцию сырья, использовавшегося в практике тибетской медицины в Забайкалье, собрал А. М. Позднеев, работая с ламами Гусиноозерского дацана над переводом на русский язык учебника тибетской медицины "Чжуд-ши" [Позднеев, 1908]. Несколько раньше в окрестностях Агинского дацана Г. Стуков [1905] собрал гербарий растений, использовавшихся в практике агинских лам.

Определения И. Реманна [Rehmann, 1811], В. Птицына [1890], А. М. Позднеева [1908] и других использованы Ф. Гюботтером [Hubotter, 1913] в переводе с китайского языка на немецкий "Тибетско-китайской фармакологии и рецептуры". В этой работе приведено около трехсот названий лекарственного сырья, причем для ста восьмидесяти видов даны тибетские названия растений. Во введении автор отмечает трудности при идентификации сырья, особенно когда речь идет о местных названиях растений.

В 1931 - 1933 гг. А. Ф. Гаммерман и Б. В. Семичов приступили к изучению собранных к тому времени коллекций лекарственного сырья, применяющегося в медицине, и предприняли две экспедиции в Забайкалье. Материалы этих экспедиций, изучение коллекций сырья и трудов предшествующих авторов позволили им установить ботаническую принадлежность более пятисот тибетских растений [Гаммерман, 1932, 1934; Гаммерман, Семичов, 1930, 1963].

Изучение ассортимента лекарственных средств тибетской медицины позволило А. Ф. Гаммерман сделать выводы о том, что в Забайкалье использовалось до 50% местного сырья, 20 приходилось на долю индийских растений, 20 - китайских и 10% - среднеазиатских. Причем было отмечено, что в Калмыкии сокращается число индийских и китайских видов, но увеличивается доля среднеазиатских растений. Такая закономерность свидетельствует о целесообразности выделения указанных нами вариантов тибетской медицины.

При сопоставлении образцов сырья из различных коллекций, перепроверке опросных данных изучением натурального сырья исключается случайность определений и выявляются наиболее часто используемые в практике объекты [Гаммерман, Семичов, 1963; Гаммерман, 1966].

В процессе расшифровки тибетских названий растений А. Ф. Гаммерман и Б. В. Семичов работали с Атласом, иллюстрирующим трактат "Вайдурья-опбо". Из пятисот сорока рисунков, по их мнению, точное или предположительное определение получили четыреста тринадцать.

Во время экспедиций 1931 - 1933 гг. одновременно со сбором сведений о применявшихся в тибетской медицине растениях заготавливалось сырье для фармакологических и фитохимических исследований.

М. Д. Шупинская провела предварительный анализ химического состава ста двадцати видов растений, использующихся в практике тибетской медицины в Забайкалье, и отметила достаточно высокое содержание цепных биологически активных веществ у ряда растений [Гаммерман, Шупинская, 1937].

В это же время сбором сведений о применении лекарственных растений и их экспериментальным изучением занимался М. Н. Варлаков. Собранные им сведения о лекарственных растениях и их применении, а также данные фармакологических исследований опубликованы в 1963 г. В результате работы этих экспедиций и экспериментальных исследований изучены термопсис ланцетный, валериана каменная, синюха голубая и другие виды [Варлаков, 1963].

В годы Великой Отечественной войны отдельные лекарственные растения тибетской медицины изучались при Томском медицинском институте. В результате комплексного химического, фармакологического и клинического исследования предложены к применению кровохлёбка лекарственная, шлемник байкальский и др. [Яблоков, и др., 1949; Гаммерман, 1966].

Впоследствии эта работа была продолжена в Ленинградском химико-фармацевтическом институте и во Всесоюзном институте лекарственных растений. Свыше двухсот видов лекарственных растений подвергнуты химическому анализу на содержание биологически активных веществ [Куваев, Блинова, 1961; Карпович, 1961; Блинова, Архипова, 1967; Шатохина и др., 1974; и др.], изучено фармакологическое действие отдельных видов растений [Аркадьева и др., 1966; Аркадьева и др., 1968; Шатохина, 1974], но вопрос о сложных рецептах нигде не ставился [Гаммермап, 1966].

Исследованием лекарственных растений тибетской медицины занимаются и монгольские ученые. Ц. Хайдавом и Д. Чойжамцем [1965], Ц. Ламжавом [1971] опубликован список тибетско-латино-монголо-русских растений, применявшихся в практике монгольских лам-лекарей.

При составлении "Монгольско-русско-латино-тибето-китайской ботанической терминологии" [Мижиддорж и др., 1973] авторы широко использовали отечественную и иностранную литературу. Это позволило им дать многозначные расшифровки различных терминов и понятий, в том числе и названий растений из "Маньчжуро-тибето-монголо-уйгуро-китайского пятиязычного словаря".

Результаты историко-медицинских исследований обобщены в работе Ц. Хайдава и Т. А. Меньшиковой [1978], представляющей достаточно полную сводку о лекарственных растениях монгольской медицины.

Книга написана в основном на материалах опросных данных и, несмотря па то, что в ней приведены иллюстрации растений и фрагменты тибетских текстов из трактата "Дзэйцхар мигчжан", ссылок па этот трактат при описании лечебных свойств растений не дано.

При сопоставлении показаний к применению из упомянутой работы для отдельных растений с изучаемыми нами текстами трактата "Вайдурья-онбо" обнаруживаются расхождения и в тибетских названиях некоторых растений, и в показаниях к их применению. Ц. Хайдав и Т. А. Меньшикова [1978] объясняют это своеобразием народной медицины монголов. Авторы особо подчеркивают невозможность смешения монгольской народной медицины с тибетской, одновременно указывая на взаимное их обогащение как в вопросах лечения отдельных болезней, так и в ассортименте лекарственных средств.

Учитывая восприятие монголами теоретического наследия тибетской медицины, активное освоение местной флоры для замены импортного сырья с сохранением за ними тибетских названий, а также связи тибетской медицины с буддизмом, мы считаем более целесообразным рассматривать ее как монгольский вариант и при изучении использовать трактаты па тибетском языке, написанные монгольскими авторами.

При исследованиях в любой области теории и практики тибетской медицины невозможно не обращаться к работам, посвященным сравнительному изучению аюрведи-ческих и тибетских текстов.

В этом плане особого внимания заслуживает опубликованная в Индии работа В. Вагван Даш [Bhagvan Dash, 1974]. Его исследования по отдельным видам лекарственного сырья показывают, что хотя тибетская медицина и основана главным образом на Аюрведе, в трактатах существуют значительные расхождения при описании одних и тех же видов лекарственного сырья. Трудности в изучении подлинного сырья возникают ввиду недоступности его отдельных видов, фальсификации, многочисленности синонимов и введения в практику новых, иноземных растений с присвоением аюрведических названий. Поэтому автор считает, что установление научных названий подлинного сырья имеет важное значение для изучения лечебных свойств тех или иных видов растений, применявшихся в традиционных медицинах Востока.

В другой работе этого же автора приводятся тибетско-санскритско-латинские пазвапия растений [Bhagvan Dash, 197G]. В задачи этой работы не входила идентификация растений по описаниям тибетских трактатов, поэтому в тибетско-санскритско-латипских списках чаще даны растения из флоры Индии, многие из которых, как установлено нами, уже в XVII в. были заменены или тибетскими или китайскими видами.

Лекарственные средства, применяемые в Непале, изучает Ф. Мейер [Meyer, 1981]. Он справедливо указывает, что многие растения в "Словаре" А. Ф. Гаммермап и Б. В. Семичова [1963] являются заменителями тибетских видов, не растут в Тибете, Гималаях. Однако мы не можем согласиться с автором по ряду вопросов. Подробно это будет обсуждено в специальной работе.

Таким образом, имеются почти исчерпывающие сведения об ассортименте растений, использовавшихся в практике тибетской медицины в Монголии, Забайкалье, Непале. Но некоторые растения, использовавшиеся в Тибете, остались неизвестными. Научно не доказана идентичность лечебных свойств тибетского сырья и его заменителей из флоры Монголии и Забайкалья. Кроме того, была выявлена некоторая несогласованность в применении отдельных видов сырья в различных медицинских школах при дацанах (схема 1).

Схема 1. Многозначность расшифровки некоторых тибетских названий растений [Гаммерман, Семичов, 1963]
Схема 1. Многозначность расшифровки некоторых тибетских названий растений [Гаммерман, Семичов, 1963]

Например, в словаре А. Ф. Гаммермап, Б. В. Семичо-ва [1963] бар-ба-да расшифровывается как трава Нуресоum erectum L., Arabis pendulaL.,A.hirsuta Scop., Capsella bursa pastoris (L.) Medik., Leptopyrum fumarioides (L.) Reichb. Все эти растения имеют еще и другие тибетские названия. Так виды Arabis по-тибетски называются еще "шипг-ца". Но шинг-ца известна в практике и как кора деревьев Cinnamomum cassia Blume и С. zeylanicum Nees. Таких примеров можно привести множество.

Несовпадения отмечены не только в названиях отдельных видов сырья, но и в показаниях к применению. При сопоставлении сведений о применении растений, собранных М. Н. Варлаковым [1963], К. Ф. Блиновой и В. Б. Куваевым [1965], с полученными нами из трактата "Вай-дурья-онбо" и А. М. Позднеевым из "Чжуд-ши" [1908], отмечены значительные различия (табл. 1).

Таблица 1. Применение некоторых растений в практике бурятских лам-лекарей и по трактатам
Таблица 1. Применение некоторых растений в практике бурятских лам-лекарей и по трактатам

Так, если растение сэ-дум рекомендовалось в традиционной тибетской медицине как кровоостанавливающее, жаропонижающее, благотворно влияющее на печень и способствующее укреплению сил, то в практике ламы-лекари ограничивались использованием его при болях в желудке и женских болезнях [Блинова, Куваев, 1965]. По данным М. Н. Варлакова, болезнь печени конкретно определена как холецистит, уточнено и применение при женских болезнях - опухолях матки. В трактате же о женских болезнях ничего не сказано. По-видимому, в этих случаях в тибетскую медицину привнесён опыт народного врачевания, несомненно существовавший в Бурятии до распространения тибетской медицины. По данным В. Даурского [1937], еще в XШ в., задолго до принятия ламаизма, коренное население Забайкалья славилось знанием различных лекарств и лечебных трав.

Таким образом, очевидно, что для выявления растений, рекомендованных к использованию в Тибете, и получения информации об их применении необходимо изучение первоисточников. Перевод на русский язык тибетских оригинальных текстов с описаниями растений не только представляет исторический интерес, но и имеет практическое значение.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Новое на atreya-ayurveda.ru меню для беременных кришнаитов














© PHARMACOLOGYLIB.RU, 2010-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://pharmacologylib.ru/ 'Библиотека по фармакологии'

Рейтинг@Mail.ru

Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь